Добро пожаловать!

Враг не пройдет

Для командировок есть у меня старый маленький чемодан салонного размера. Всем он хорош, вместительный, выносливый, но есть у него один недостаток: он имеет цвет хаки. Это затмевает все, и мой костюм, и галстук, и начищенные ботинки, и славянскую внешность. У каждого специалиста по антитеррористической безопасности при появлении в поле зрения родного цвета хаки в голове гулко щелкает тумблер, мигает светодиод и звучит металлический голос: "Аларм!". Поэтому каждая моя командировка начинается со сканирования чемодана при входе в метро. И тем же заканчивается.

Вот и в этот раз. Останавливают. Останавливаюсь. Ставьте. Ставлю. Только я в этот раз еще по пути в Китай выдвижную ручку сломал, и она теперь не задвигается.
- А ручка не задвигается? - спрашивает мистер Антитеррор. Подозревает во мне террориста, но пока еще верит на слово, это приятно.
- Нет.
- А он тогда не влезет, - грустно.
- Угу.
- Ну ладно... Идите тогда.
Вот и вся безопасность. Наверное, галстук разглядел.

Пять звезд по-китайски

Как вы уже поняли, в этот раз кроме как о гостинице мне писать, по большому счету, не о чем. Китайская пятизвездочная гостиница - это довольно специфическое заведение. В отличие от более южных стран Азии ставка здесь делается не на обслуживание и качество оснащения, а на создание ощущения изобилия.

Везде ковры, мрамор, зеркала, позолота. Ковры могут быть протерты, мрамор и зеркала обколотыми, позолота облезшей, но задумано богато. На каждом углу стоит унылый буратино в униформе и изображает полезность. Трогать его не надо, он ничего не знает, по-английски не говорит и вообще здесь не при чем. Персонал многочисленен и при пробуждении суетлив, но бестолков и неприветлив, улыбаются редко, более неприветливые только в Казахстане.

В номере тоже всего навалом, начиная от изобилия пузырьков и тюбиков на каждой горизонтальной поверхности ванной ванной и заканчивая фенами, утюгами и прочими электротехническими полезностями в шкафу. Халат и тапочки в наличии, но налезут разве что на пингвина средней комплекции. Вот Нового завета, как в европейских гостиницах, в тумбочке нет. Зато в этот раз гостиница порадовала пластмассовой витринкой на письменном столе, на самом видном месте, где аккуратно было расставлено самое необходимое для путешественника: бритва (30 юаней), мужские трусы (30 юаней), мужские носки (30 юаней), игральные карты (20 юаней) и презервативы (30 юаней).

Жизнь в Подпекинье и танец кобр

Вопрос с вечерним досугом тем временем отпал сам собой. Мы живем и работаем на окраине Пекина в относительно новом районе. Работаем с утра до вечера, до центра на метро минут пятьдесят с двумя пересадками, поэтому для Пекина остается немного времени на рассвете и немного после заката.

Окраина, надо сказать, выглядит достойно. Очень много зелени, вполне приличные парки и даже относительно свежий воздух. В парке китайские бабушки делают упражнения на тренажерах, китайские дедушки танцуют с широкими бутафорскими мечами, молодежь бегает трусцой, а некий лысый мужик забрался на вершину искусственного холма и терзает пронзительный эрху - традиционный китайский смычковый инструмент.

Высокая стеклянная застройка в основном представлена учреждениями, банками, офисами, прочими предприятиями. Немногочисленные жилые коттеджи плотно теснятся в отдельных кварталах, огороженные высокими заборами с колючей проволокой и защищенные решетками на окнах. Плохо и неуютно быть буржуем в социалистической стране.

А так ничего примечательного. Давеча, правда, выбрался поздно вечером в центр, прошелся по Тяньаньмэнь, заглянул на Вангфуцзин. Там тоже тоска, но зато на продуктово-сувенирном рыночке рядом с Вангфуцзин я видел, как толстая индийская туристка торгуется с толстой китайской торговкой! Танец кобр, китайская школа торговли против индийской! Тут было на что посмотреть и чему поучиться: нежное воркование, соблюдение лица, жесты, мимика, отходы, возвраты, ахи, вздохи... Это было круче, чем все индийские танцы и тайцзицюань вместе взятые! Не знаю, чем еще Китай может впечатлить меня после этого.

Путь к успеху

Поскольку у моей пекинской гостиницы пять звезд, она оборудовала туалет около своего конгресс-центра специальным китайцем, который должен пребывать в туалете и при необходимости делать чего-изволите. Ни я, ни, судя по всему, китаец, не понимаем, зачем он нужен, но сказано быть, значит надо быть. Китаец, мужичок лет пятидесяти, одетый в униформу, сидит на коробе рядом с писсуарами, болтает ногами и смотрит сериалы, благо вайфай бесплатный. Китаец сидит, зарплата идет, жизнь прекрасна. Но ведь все время кто-то ходит и отвлекает своим мельтешением. Сегодня китаец решил эту проблему - заперся в одной из кабинок, смотрит там свои сериалы (комические, судя по озвучке) и напевает под нос.

Нелюбовь

Каждый раз, когда я собираюсь в Китай, где-то в темных глубинах подсознания приоткрываются со скрипом замшелые двери и на сквозняке звенят медные колокольчики, тянутся пряные ароматы китайской кухни, встают призрачные образы героев прочитанных в далеком детстве книг о Китае, и хочется вновь погрузиться в этот мир, снова учить иероглифы и каждое утро проделывать комплекс тайцзицюань. И заканчивается все это, как только я добираюсь до Китая и соприкасаюсь в живую с китайской реальностью. Заканчивается сразу. Каждый раз. Не мое. Совсем.

Не хочу дышать этим ядовитым воздухом, не хочу грызть эти пластмассовые яблоки и резиновые помидоры, ходить среди этой чудовищной застройки, толкаться в этом муравейнике и знать этот язык.

Но интересно очень. Тоже каждый раз. Я в первый раз побывал в Китае тринадцать лет назад, как раз в Пекине. И всегда очень интересно наблюдать эту пульсирующую экономическую мощь, эти бесконечные заводы, небоскребы, пятизвездочные гостиницы, продуктовое изобилие, и все местного производства. И удивительно, как эта внешняя мощь сочетается с внутренней посредственностью всех (ну ладно - значительной части) этих достижений, и насколько особенности культуры и традиции (или, более откровенно говоря, некоторая их нехватка) обесценивают экономические достижения.

Возможность наблюдать воочию этот уникальный и невероятный по масштабам и размаху эксперимент и извне, и немного изнутри - это то, за что вполне можно простить и накачанные селитрой арбузы в моей пятизвездочной (разумеется) гостинице, и отваливающийся кран в ванной, и безвкусную мебель с претензией на барокко, и прочие прелести современного китайского уклада.

Продолжу наблюдения, результатами поделюсь.

Пекинские вечера

Давно не бывал я в Пекине. Чем там можно заняться вечером? Где приятно погулять? Куда сходить? Может быть, какие-нибудь национальные культурные развлечения, театры, еще что-нибудь в этом духе?

Счёт пошёл на часы

Истинно говорю вам, сейчас самое лучшее время, чтобы идти в леса и парки и наблюдать за птицами. И время это стремительно заканчивается. Через несколько дней раскроется листва, потом птицы сядут на гнёзда, и до следующей весны вы их не увидите и не услышите в таком буйном великолепии, как сейчас.

Причём лучшие дни - это завтра и послезавтра, когда шашлычников не будет уже, а листвы не будет ещё. Но даже сегодня за час прогулки, перешагивая через целующиеся парочки и мангалы, я насчитал у себя в лесу десятка два с половиной видов птиц, весьма усердно занимающихся устройством личной жизни и домашнего хозяйства. Чего и вам желаю.

Из армянского застольного

Сидели с армянами под Дилижаном на терассе над бурными водами горной речки и говорили что-то про армян, тысячелетнюю историю, древнюю культуру, корни, любовь к Родине и говорили красиво и много. И один сказал: "Я считаю, что Родина - это там..." И задумался глубоко, застыв с разведёнными руками и устремив взгляд в тёмное многозвёздное небо. Я тоже замер в ожидании пышного армянского афоризма, типа Родина - это там, куда падает тень Арарата, или там, где слышен плеск волны Севана... А оратор, впитав свет далёких звёзд и подумав крепко, прочувствованно сказал наконец: "Родина - это там, где тебе хорошо живётся." И слышалось в его голосе твёрдое убеждение и глубокое знание.

Спасибо, что живой

Я вообще собирался писать из Армении дорожные заметки и делиться наблюдениями и соображениями, которые сами собой приходят на свежем воздухе. Но это хорошее намерение для блаженного Лаоса, где ты спокойно садишься под баньян, открываешь чакры и плывёшь по волнам времени, предоставленный сам себе и вечности. А вот если ты едешь в Армению, да тебя там ещё встречают, то все намерения лучше сразу забыть, чтобы поменьше расстраиваться.

Из Армении я вернулся ещё неделю назад в весьма тяжёлом состоянии. Килограммов на семь тяжелее, чем на день отъезда. Сейчас состояние нормализуется, я отсыпаюсь, прихожу в форму, доедаю привезённую чурчхелу и сухофрукты и лениво подумываю о возвращении к интеллектуальной жизни.

К чести армян, описанные последствия поездки в основном на моей совести, потому что из всех бывших советских республик армянское застолье самое свободное. Казахи, например, чаще всего будут весь вечер строго следить, чтобы ты поглощал всё, что кладут, и как можно скорее объелся до свинячьего состояния (а по возможности так же и напился бы), чтобы к концу вечера тебя разорвало хотя бы в одном месте - тогда их чувство хлебосольства будет вполне удовлетворено.

Армяне же очень деликатны и следят только за тем, чтобы стол перед гостем не пустовал. А уж гость сам разберется, что и в каком количестве он будет есть и пить - теоретически. Но вкуснейшая еда на свежем горном воздухе отключает волю ещё до первого основного блюда. Одна из коллег, миниатюрного сложения девушка, последовательно съев салат, суп, бараний шашлык, свиной шашлык, куриный шашлык и чокаясь очередным бокалом коньяка, деловито интересовалась: "А рыба будет?"

Кстати, я заметил, что ни разу, самостоятельно заказывая еду в армянском ресторане, я не смог достичь той же вкусовой гармонии, порождающей бесконечный аппетит, которая возникает во время застолья, организовываемого армянами. Искусство, взращенное веками жизни в земном раю.